Хрупкая жизнь сильного бойца

0
1216

Жизнь многодетной семьи Штерц из Камня-на-Оби в минувшую субботу разделилась на “до” и “после”. Утром, около десяти часов, родители получили страшную весть — одного из их сыновей, двенадцатилетнего Антона, больше нет. Он погиб под колесами грузового состава на 603 км перегона 

ст. Плотинная — ст. Камень-на-Оби, что в черте города. 
Циничные “репортажи”
Трагедия моментально обросла слухами и догадками, что могло побудить подростка ступить на железнодорожные пути перед двигавшимся поездом. Большинство из них, как, впрочем, и сообщения отдельных СМИ, были лишь фантазией, непроверенной информацией, нередко порочившей как самого мальчика, так и его семью. На семью огульно навесили ярлык неблагополучной, мальчика записали в хулиганы и алкоголики. Еще больший шок вызвали фотографии погибшего (разрезанного поездом) ребенка, сделанные непосредственно на месте случившегося, и с молниеносной быстротой распространившиеся в социальных сетях. Кто и для чего это делал, сказать трудно. Разумному объяснению это плохо поддается. То, что пережили получившие эту неожиданную и жестокую “картинку”, описать невозможно. Но стократ страшнее то, что испытывали тогда и продолжают испытывать сегодня родные ребенка. Мало того, что они убиты горем, так еще этот нездоровый, кощунственный ажиотаж вокруг их беды.
Мы постарались понять и прояснить ситуацию, в которой оказался двенадцатилетний Антон Штерц в канун гибели, произошедшей в 9 часов 53 минуты утра 18 ноября. С родителями парня нам поговорить не удалось — их не оказалось дома. Родственники попросили не тревожить их в столь тяжелую минуту — вечером этого дня должны были привезти тело их сына из морга домой. Поэтому здесь мы опираемся на рассказы близких им людей, компетентных лиц, педагогов и сверстников Антона.
Оступился — 
не значит упал
За два дня до этого мальчик оказался в очень неприятной для него, профессионального спортсмена, истории. В четверг, 16 ноября, после обеда Антона Штерца вместе с его пятнадцатилетним знакомым в состоянии сильного алкогольного опьянения задержали сотрудники полиции. В это время Антон должен был быть в школе на уроках. В гимназии №5 Камня-на-Оби, где учился шестиклассник, нам пояснили, что поскольку паренек вполне благонадежный, тревоги по поводу его отсутствия на занятиях не забили. Тем более, чуть позже в школу сообщили, что мальчик заболел. Никто и предположить не мог, что эта болезнь — алкогольная интоксикация.
— В единую диспетчерскую службу 16 ноября поступил звонок от сотрудников полиции, — поясняет главный врач Каменской ЦРБ Константин Федорюк. — Сообщили, что обнаружены два подростка в состоянии опьянения, которым требуется медицинская помощь. В 16 часов 20 минут “скорая” доставила двух ребят 12 и 15 лет в детское отделение больницы. Оба в состоянии средней степени тяжести, младшему было несколько хуже. Обоим была оказана необходимая медицинская помощь, произведена детоксикация. К ночи пациенты уже были в стабильно легком состоянии, чувствовали себя удовлетворительно. Утром следующего дня в отделение пришла мама Антона, оформила отказ от дальнейшего лечения и забрала сына домой. Второй подросток пока находится в больнице, но тоже скоро будет выписан.
Еще находясь в больнице, Антон, по словам врачей, сильно переживал по поводу случившегося. Он  понимал, это недоразумение не пройдет для него незамеченным. Видимо, этот проступок паренька (кстати, никогда до этого не замеченного в подобных деяниях, не имевшего пристрастия ни к алкоголю, ни к табаку) дал повод некоторым “адептам” интернет-новостей окрестить его семью неблагополучной, хотя на самом деле она таковой не является.
— Был сложный момент у семьи Штерц до 2015 года — она состояла на учете в комиссии по делам несовершеннолетних г. Камня в отношении их старшего сына Александра, который совершал правонарушения, а сегодня находится в местах лишения свободы, — комментирует информацию председатель комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав администрации Каменского района Евгения Гордиенко. — В июне 2015 года семья была снята с учета в связи с устранением факторов неблагополучия. Семья полная. Четверо сыновей 19, 12, 6 и 2 лет. Штерц пользуются мерами социальной поддержки. Жилищно-бытовые условия хорошие. Семья проживает в частном доме, имеет большое подсобное хозяйство. Родители непьющие, работящие. В доме аккуратно, чисто, дети ухожены. Вопросов к этой семье у нас не было и нет. По факту обнаружения Антона в нетрезвом виде мы планировали пригласить его и родителей на заседание КДН 22 ноября. На учет их ставить причин не было. Просто профилактическая беседа с целью недопущения повторения подобной ситуации. По имеющейся у нас информации и по результатам обследования нашими специалистами условий жизни детей в семье Штерц, можно сказать, что у Антона было все необходимое для учебы, занятий спортом, хорошие бытовые условия.
А вот в школьной характеристике мальчика, представленной в районную администрацию, есть “темное пятнышко”. В начальной школе Антон, по словам руководства гимназии №5, бывало, убегал из дома, не ночевал, случалось, что и уроки пропускал. Учителя считали, что родители недостаточно контролировали сына. В 2015 году даже попался на краже велосипеда. Не исключено, что оказался под влиянием старшего брата, который законопослушностью не отличался. Однако с переходом в среднее звено паренек переменился. Подтянул учебу, уроки без уважительной причины  не пропускал. Наверное, возымели действие беседы педагогов с мальчиком и его родителями. А еще больше — спортивная репутация, уважение к тренеру и серьезные успехи на ринге, которые требовали самодисциплины.
— Мальчик бесконфликтный, спокойный, уважительно относился к старшим, никого не обижал, к нему сверстники хорошо относились, — говорит о своем воспитаннике учитель физкультуры и классный руководитель 6 “в” класса гимназии №5 Павел Евсюков. — Учился средне. По итогам первой четверти был аттестован. Вредных привычек не имел. Ездил на соревнования по боксу, добивался хороших результатов. То, что он попался пьяным, для меня факт непонятный. Он очень дорожил своей спортивной репутацией, вольностей себе не позволял. Что могло послужить причиной трагической гибели Антона, даже представить сложно. Может, переживал из-за случившегося. Хоть и спортсмен, и дух в нем бойцовский, но он все же ребенок, переходный возраст…
Крестный отец
Особые отношения связывали Антона и его семью с тренером  отделения бокса Каменской ДЮСШ Игорем Шаговым. Он был пареньку не просто преподавателем. Когда четыре года назад мальчика решили крестить в церкви, Антон попросил Игоря Викторовича быть его крестным отцом. Игорь сегодня переживает трагедию как свою собственную. Мечется, мучительно ищет ответ на вопрос “почему?”. Что подтолкнуло его воспитанника, практически сына к шагу в небытие?
— Не верьте никому, семья у них абсолютно нормальная, непьющая, работяги, — заверяет нас Игорь Викторович. — Третий день не могу в себя прийти. Он же с трех лет тут. Старший брат Александр у нас тренировался и Антона с собой приводил. Сидит на лавочке тихонько и смотрит, как пацаны тренируются. Так год ходил, наблюдал. А с пяти лет стал на ринг забираться и боксировать пытаться. С семи лет начал заниматься официально. Сразу было видно — очень одаренный пацан. Физически от природы крепко сложен, дыхание правильное. И голова светлая. В бою мог вовремя сориентироваться, ключик подобрать к любому сопернику. За 20 лет моей работы здесь таких единицы были. Антон с сентября был зачислен в школу олимпийского резерва. У нас в Камне филиал СДЮШОР, я тренер-совместитель в нем. Тренирую группу. Парень только-только вошел в средний юношеский возраст, с которого можно участвовать в официальных крупных соревнованиях, отборочных турнирах. В декабре он должен был ехать в Москву на всероссийские соревнования памяти Заслуженного тренера СССР Бориса Грекова. Этот турнир имеет статус отборочного в сборную России. И у Антона Штерца были хорошие шансы. А тут такое…
Игорь Шагов отмечает, что Антон был парнем замкнутым, неразговорчивым, своими эмоциями особо ни с кем не делился, в том числе и с тренером, который к нему относился по-отечески. Только по делу спрашивал. Строил планы, хотел выиграть “Европу”. Эта здоровая амбициозность юного боксера тренеру импонировала. Хулиганских наклонностей у Антона не наблюдалось. Серьезный, неконфликтный, никогда на улице ни с кем не дрался. Только на ринге. Друзей близких не имел. В коллективе был авторитетен, лидер, к нему прислушивались. Парню нравилось, что его уважали, но своими достижениями никогда не кичился, не зазнавался. На улице практически не появлялся. Некогда ему было глупостями заниматься. Тренировки каждый день. Спортзал — школа — дом. Дома большое хозяйство. Он матери помогал. Та поощряла трудолюбие сына материально.
— В четверг, 16 ноября у нас с утра должна была быть тренировка, — вспоминает события накануне трагедии Игорь Викторович. — Но мне надо было уехать в Барнаул, оформлять документы на соревнования. Приезжаю, а мать Антона мне эту историю с пьяным “залетом” рассказывает. Как-то так случилось — вышел на улицу, встретил этих “бродяг”, у него денег было 2,5 тысячи рублей — скопил. Решил, видимо, перед старшими парнями показать себя. Он по своему развитию был гораздо старше своих 12 лет. Ему интересно было со старшими. Вот и поддался, выпил. А не привыкшему к алкоголю организму много ли надо. Хоть тех же “энергетиков”. В пятницу утром мать его из больницы забрала, вечером сказала мне, что с организмом вроде все в порядке, “прочистили”. Я попросил привезти его ко мне поговорить. Она уговорила меня дать Антону успокоиться, он сильно переживал, а в воскресенье на тренировке составить разговор. Не успел… Если бы я поговорил с ним, ничего бы этого не было…
Голос тренера дрогнул. Он вспомнил, как мама Антона говорила, что парень не знал, как показаться теперь в школе, как пацанам в глаза смотреть. А еще Антон спросил у мамы: “Игорь Викторович знает?” Мама ответила: “да”.
— Это его и добило, ему было очень стыдно передо мной, перед коллективом. Видимо, он не выдержал, — с горечью предполагает тренер. И с болью признается, что на тренировках невольно ищет глазами Антона.
Не верится
— Мы шесть лет с Антоном вместе тренировались, на соревнования часто ездили, — говорит его товарищ по команде Артем Денисов, пятнадцатилетний каменский боксер. — Он был младше нас, а выигрывал даже у старших, четырнадцати- и пятнадцатилетних. Большие успехи были. Перспективы большие. Он отзывчивый был, помогал, что бы ни спросили — подсказывал. Очень хороший пацан был. Никогда никого не обижал, заступался, наоборот. Не было у него склонности к суициду никогда. Планы серьезные в спорте были. Тут говорят: “на спор” лег на рельсы. Ничего подобного. Не тот он человек, чтобы так глупить. Была версия, что тренер его хотел выгнать. Совершенно неправда, у них и конфликтов-то не было. И в то, что он сам накануне напился, я не верю. Скорее всего, его старшие напоили.
Что в самом деле произошло в то роковое субботнее утро с, казалось бы, сильным духом и физически крепким парнем, можно только предполагать. В Каменском межрайонном отделении АКБСМЭ, проводившем судмедэкспертизу тела погибшего Антона Штерца, нам подтвердили ранее озвучивавшуюся версию, что мальчик погиб в результате нанесенных ему поездом травм, несовместимых с жизнью. По предварительной версии, подросток намеренно поднялся по технической лестнице железнодорожной насыпи в районе улицы Томской на железнодорожные пути (хотя прямо под насыпью есть автомобильный проезд и тротуар) и оказался под колесами грузового состава. Шагнул ли он сознательно под поезд или это был несчастный случай, разбирается следствие. В связи со смертельным случаем на железной дороге следственный отдел Западно-Сибирского следственного управления на транспорте СК России возбудил уголовное дело по п. «а» ч. 2 ст. 110 УК РФ (доведение до самоубийства). В настоящее время правоохранители допрашивают членов локомотивной бригады поезда, близких родственников ребенка, его знакомых. Также изучаются отношения мальчика в семье и школе.
В каком-то смысле Антон подал сигнал нам, взрослым. Страшный урок, но мы должны его вовремя усвоить. Каким бы сильным и стойким ни казался нам ребенок, он все-таки ребенок. В жестких рамках наших “должен” и “не должен” подростку в столь трудный для него возрастной период иногда становится просто невыносимо и одиноко. Вовремя уловить его тревогу, помочь высказать наболевшее, понять, какая война идет сейчас в его душе, — это так важно. Жизненно важно. Мы услышали тебя, мальчик. Прощай, боец…
Фото автора.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here