В районном отделении полиции открыта Доска памяти с портретами советских милиционеров — участников Великой Отечественной войны
Черно-белая история
Для Сергея Булавацкого и его коллег по совету ветеранов районного отделения полиции собрать фотографии всех земляков милиционеров-фронтовиков стало делом чести.
— В молодости всегда старался брать дежурство на 9 Мая, чтобы была возможность ближе пообщаться с ветеранами, просто поговорить. Да, они почти ничего не рассказывали о боевых действиях, а тем более о своем вкладе в Победу, но все можно было увидеть в их глазах. Во время торжественного митинга, когда они при встрече крепко жали друг другу руки, обнимались, отражались все эмоции. Идея создания Доски памяти у меня возникла давно, еще когда с супругой собирали информацию о своих родных, участниках Великой Отечественной войны. У жены на фронте погибли дед и дядя, у меня — дед и два дяди, только отец вернулся домой, — рассказывает Сергей Булавацкий, много лет проработавший участковым уполномоченным. — На очередном субботнике на кладбище, где мы убираем могилы милиционеров, родные которых живут далеко, сказал мужикам: «Начинаю делать!». Все меня поддержали.
Изначально были известны фамилии троих: старший уполномоченный уголовного розыска Владимир Максимович Третьяков, милиционеры Пётр Кондратьевич Сокол и Василий Петрович Макогон. Они вернулись с фронта и до пенсии работали в районном отделе.
17 ноября, в День участковых уполномоченных, Валерий Штерцер показал коллегам книгу «Солдаты Победы», инициаторами издания которой стали ГУВД по Алтайскому краю и Совет ветеранов органов внутренних дел и внутренних войск Алтайского края. В ней собраны биографии сотрудников алтайской милиции – участников Великой Отечественной войны.
Внимательно изучив книгу, Сергей Булавацкий нашел фамилии еще троих жителей Родинского района – участкового Ивана Афанасьевича Сердюка, погибшего на фронте 25 февраля 1943 года; милиционера Сергея Федотовича Москальца, умершего в госпитале 28 августа 1942 года, и секретаря-счетовода Михаила Григорьевича Хвостенко, умершего в госпитале 16 апреля 1944 года.
Выяснилось, что Роман, внучатый племянник Сергея Москальца, уже много лет работает в районном отделении полиции. А Михаил Хвостенко призывался на фронт из Зеленого Луга, данных о нем в администрации сельсовета нет, родные давно уехали, и найти их пока не удалось.
Чтобы найти информацию об Иване Сердюке, Булавацкий обратился в Родинский сельсовет и через три дня получил сообщение – его внучка Людмила Тинякова живет в Родино, работает председателем сельпо.
Далее оказалось, что в архиве отделения полиции есть информация о призванном на фронт кочкинском участковом Семене Моротченко. Сергей Булавацкий обратился в районный архив, где сотрудники помогли найти его родных: специалист Наталья Якуб набрала в поисковике интернета фамилию и имя, вдруг что-то найдется. И действительно: в 2024 году сержант Семён Моротченко с воинскими почестями перезахоронен вблизи города Осташков в Тверской области, а его единственный сын Виталий Семёнович Моротченко живет в Родино.
Когда информация и фото всех участников были собраны, началась работа по изготовлению Доски памяти. Ветераны и родственники единогласно решили поместить на нее фотографию маршала Георгия Жукова и орден «Победа» — высший военный орден СССР. Помогли в изготовлении стенда родинские предприниматели Виталий Ратников и Владимир Моисеенко.
В день тожественной презентации Доски памяти собрались родные участников Великой Отечественной войны, члены совета ветеранов и сотрудники отделения полиции. Для детей и внуков советских милиционеров эти черно-белые фото не просто история, это история и судьба их рода.
— Я знала, что дедушка работал в милиции, но кем, об этом бабушка не говорила. Больше спасибо за сохранение памяти, — сказала Людмила Тинякова, внучка Ивана Афанасьевича Сердюка.
Дочь и зять уполномоченного уголовного розыска Владимира Максимовича Третьякова – Людмила и Иван Дымовы вспоминали, как его уважали жители района, коллеги и даже бывшие подследственные за честность и непреклонность. В их сердце он остался любимым отцом и дедом, прошедшим всю войну командиром отделения связи гаубичного артполка.
Татьяна Нестеренко, как и многие приглашенные, фотографировала и снимала видео, чтобы показать маме Доску памяти.
— Моего деда — Петра Кондратьевича Сокола я хорошо помню, мы были дружны. Любила слушать его рассказы, — вспоминает Татьяна.
Стенд с фотографиями советских милиционеров — дань уважения коллегам, прошедшим страшную войну. 9 Мая в колонне «Бессмертного полка» его пронес член совета ветеранов райотделения полиции Валерий Шкиль.
Он убит подо Ржевом
Среди портретов на Доске памяти – фото Семёна Агеевича Моротченко, умершего в госпитале подо Ржевом в мае 1942-го. До войны он служил в Родинском районном отделе НКВД.
Воспоминания прошлого захлестывают 83-летнего Виталия Семёновича Моротченко, пришедшего вместе с супругой и сыном на открытие памятного стенда. Это его отец, навеки оставшийся 27-летним. В семье бережно хранится портрет Семёна Агеевича – фотограф запечатлел красивого, молодого мужчину с выразительными глазами. Есть еще один важный документ – извещение о смерти от ран младшего сержанта Моротченко в госпитале Осташковского района Калининской области (ныне Тверской). Ровный почерк, синие чернила, в этих строчках — судьба его сына, который никогда его не увидит: «Сержант Семён Агеевич Моротченко, уроженец села Кочки. 12 мая 1942 года умер от ран в госпитале».
Три месяца 1942 года изменили жизнь родителей и жены Семёна Моротченко – в мае солдат умер, в июне родился его сын, в июле пришла похоронка.
— Дедушка с бабушкой жили в Кочках, тетя работала там шофером и всегда забирала на все каникулы в деревню. Помню, как в грузовике ехали по полевой дороге. Они меня любили, баловали, насколько это было возможно в то время, — вспоминает Виталий Семёнович, который часто за свою большую жизнь думал, как изменилась его судьба, если бы отец вернулся с фронта живым.
— Как позже дедушке и бабушке рассказывали земляки, воевавшие в одной части с отцом, в мае 1942 года у города Осташков, а это чуть более 100 километров от Ржева, шли тяжелые бои. Его ранили с самолета. Пули попали в позвоночник. Четыре дня лежал в палаточном госпитале и умер, — вспоминает Виталий Моротченко.
Долгое время внуки и правнуки Семёна Агеевича вели поиски места захоронения, но они не увенчались успехом.
— Нам с братом родители всегда говорили, что дед погиб на Великой Отечественной войне. Осознание семейной незаживающей раны, конечно, пришло с возрастом. Когда появился «Бессмертный полк», мы все с гордостью несли в колоннах его портрет, — вспоминает дочь Виталия Семёновича Ирина Лашова. – Я работаю в краевом госпитале ветеранов войны, и как-то в корпоративной библиотеке мне в руки попала Книга Памяти Алтайского края. Там та же информация, что и в похоронке, только есть уточнение: госпиталь находился в деревне Рвеницы. В интернете нашла сведения, что сейчас такой деревни уже не существует.
Как часто бывает, помог случай. В прошлом году Ирине Витальевне пришло сообщение в социальной сети.
— Обычная апрельская суббота, необычным было то, что проснулась очень рано. Не скажу, что беспокойство или тревога, скорее, предчувствие. Рука привычно потянулась к телефону посмотреть новости. И первым на экране высветилось сообщение в «Одноклассниках», а так как я в эту соцсеть захожу крайне редко, оно могло попросту остаться непрочитанным в будний день. Мне написали, что поисковый отряд разыскивает родственников Семёна Агеевича Моротченко, похороненного у города Осташков, интересовались, кем он мне приходится. Первое чувство – вдруг мошенники? Но подумала и ответила: да, это мой родной дед, — рассказывает Ирина.
В этот же день ей перезвонила руководитель группы по поиску родственников солдат, чьи останки недавно обнаружила поисковая группа. Оказывается, на месте госпиталя на Селигере нашли братскую могилу с останками красноармейцев, которые покоились на месте бывшего полевого госпиталя – одного из четырёх, которые в годы войны были развернуты в здешних местах.
Газета «Аргументы и факты – Тверь» 31 июля 2023 года:
«Местность, где вёл раскопки осташковский отряд «Поиск», в историографии Великой Отечественной войны известна как Демьянский котёл. Под посёлком Демьянск (ныне он в составе Новгородской области) наши войска зимой 1942 года перешли в контрнаступление на позиции 16-й армии вермахта. Потери были огромные. Раненых свозили на южную оконечность «котла» близ деревни Рвеница (в 60 км от Осташкова) – там были развёрнуты четыре полевых госпиталя 53-й армии. Многие умирали, и тогда их хоронили там же в братских могилах.
«Один из четырёх госпиталей был исследован в 1998 году, а остальные, располагавшиеся вдоль реки, было сложно искать, так как вся территория заросла лесом, – рассказала командир отряда Елена Моисеева, поисковик с 35-летним стажем. – Но в декабре 2022 года лесники, прокладывавшие дорогу к делянке, трактором срыли горку, и под ней обнаружились черепа и кости. Сразу вызвали нас».
Как выяснилось потом, братская могила находится на территории второго из четырёх лазаретов. Понять это помог найденный здесь медальон, принадлежавший Фёдору Александровичу Нефёдову, 1913 года рождения, уроженцу Новосибирской области. В июле отряд «Поиск» приступил здесь к дальнейшим раскопкам. Братская могила оказалась траншейного типа, это когда яму с телами закапывают грунтом из следующей ямы, слой за слоем. Понять, что это именно она, помогли архивные списки бойцов, умерших в госпитале. Согласно им, там погребено 59 человек.
Госпитальных умерших обычно хоронили в нижнем белье и без обуви, но мы подняли бойца, погребённого в солдатских обмотках – такие выдавались в 1941-1942 годах. На останках ещё двух человек сохранились крючки, пристёгивавшиеся под воротником, то есть они не были раздеты, а ещё на одном — офицерские артиллерийские петлицы. Получается, их не донесли до госпиталя: они умерли по дороге».
В госпитальном списке значился и Семён Моротченко. Родные говорят, что сомнений у них нет, поскольку у одного из солдат найдены петлички чекиста, а Семён Агеевич мобилизован на фронт из Родинского районного отдела НКВД.
В апреле 2024 года из Барнаула на перезахоронение приехали внучка павшего бойца Ирина Лашова, из Москвы – правнучка Анна. Они также приняли участие в автопробеге «Вахта Памяти. Сыны Великой Победы» Росгвардии, которая взяла шефство над захоронением. Стартовал он в Москве, в Центральном округе Росгвардии (символично, что в 2021 году там проходил службу правнук ветерана Данил Моротченко), конечной точкой маршрута стал Осташков, где с воинскими почестями и была проведена церемония перезахоронения.
Во время панихиды отпели всех погибших красноармейцев поименно. По словам поисковиков, это редкий случай: имена всех солдат удалось установить благодаря одному-единственному медальону солдата из Новосибирской области и госпитальному списку.
Ирина Лашова увезла в Осташков алтайскую землю, а землю, привезённую с могилы деда Семёна Моротченко, передала его единственному сыну – своему отцу. Теперь семья знает, где его могила. Он снова с ними. И будет жить в их памяти, пока родные люди продолжают вглядываться в его единственную фотографию, представляя родные черты.
Рвущие сердце строки из стихотворения Александра Твардовского «Я убит подо Ржевом» посвящены и уроженцу Родинского района Семёну Моротченко, навеки оставшемуся там:
Летом, в сорок втором,
Я зарыт без могилы.
Всем, что было потом,
Смерть меня обделила.
Я вам жить завещаю —
Что я больше могу?
Ольга КОЛМАКОВА.
Фото автора.
